Российское закон не охраняет от злоупотреблений со стороны разведслужб при применении СОРМ (системы оперативно-процедур по розыску), дающей через установленную о операторов связи аппаратуру контролировать диалоги и переписку абонентов. Такое мнение опубликовал сейчас Европейский суд по защите прав человека в Страсбурге, рассмотрев претензию петербургского корреспондента Романа Захарова о официальности возможности надзора за связью. В русском законе "отсутствуют адекватные и действенные гарантии против злоупотреблений при прослушивании телефонных и других переговоров", отмечается в судебном решении, а податель заявления в праве идти в судебные органы с претензией на нарушения Конвенции, не смотря на то, что и не в состоянии подтвердить, что его телефонные переговоры вправду прослушивались.
Первично Роман Захаров пробовал добиться отключения прослушивающего оборудования по суду в Российской Федерации. В 2003 году он сдал в судебные органы исковое заявление с таким притязанием против трёх мобильных операторов – "Мегафона", "Билайна" и Tele2 – и Минсвязи и ФСБ. Захаров утверждал, что возможность бесконтрольно прослушивать и просматривать каждые сообщения преступает положения Конституции РФ, гарантирующей тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых и других сообщений. Лимитирование этого права официально разрешается только на базе решения суда. Но на деле применение очень плохо регулируется утвержденными Минсвязи засекреченными регламентами. В итоге появляется обстановка, при которой полномочные к ревизии органы никем не контролируются.
В декабре 2005 года Василеостровский райсуд Петербурга отклонил его претензию, потому, что посчитал недоказанной нарушение прав на тайну связи. Затем, в 2006 году, он обратился в ЕСПЧ. В претензии он отметил, что возможность неконтролируемого доступа разведслужб к переписке и переговорам преступает его право на тайну личной жизни и переписки, установленную ст.8 Конвенции по защите прав человека. Отсутствие надзора, утверждал Захаров, даёт возможность доступа к коммуникации любого пользователя без подготовительного решения суда. Помимо этого, граждане, корреспонденция либо телефонные диалоги коих контролировались, никаких оповещений об этом не получают. В претензии он кроме того отметил на нарушение ст. 13 Конвенции (право на действенное судебное слушание).
Позиция подателя заявления пару абсурдна, считает Евгений Корчаго, глава коллегии адвокатов "Старинский, Корчаго и партнеры". "Не опротестовывая юридические нормы, регулирующие только судебный режим получения сведений о телефонных соединениях абонентов и тем свыше запись и прослушивание их телефонных разведслужбами, создатель претензии показывает, что его права преступлены самим обстоятельством существования у страны техвозможности осуществления надзора и записи переговоров в любую секунду времени. Неясно, как создатель претензии предлагает физически реализовывать прослушивание телефонов при отсутствие техвозможности исполнения данной операции в постоянном режиме: по всей видимости всякий раз по определённой ситуации создавать новую систему надзора по всякому прослушиваемому абоненту? Это, конечно же, не просто не рационально, но и технически не вероятно", – считает Корчаго.
Если имеется неприятность злоупотреблений определённых госслужащих и правоохранителей, то решать необходимо поэтому данную проблему, а не не разрешать осуществление одного из наиболее действенных ОРМ, лишая государство действенных способов борьбы с преступностью и противодействия терроризму, говорит Евгений Корчаго: "Сам аргумент о том, что присутствие возможности прослушивания телефонных переговоров в любую секунду времени предоставляет разведслужбам шанс на разные злоупотребления, сродни логике призыва воспретить кухонные ножики только на том основании, что ими возможно зарезать человека."
Но в ЕСПЧ рассудили в противном случае. Суд признал нарушение ст. 8 Конвенции, и обязал Российскую Федерацию уплатить подателю заявления 40 000 евро в качестве компенсации судрасходов.
Просмотрите еще нужный материал на тему
юрист москва. Это вероятно может оказаться полезно.
